А.Рахманов: Необитаемый подводный аппарат «Витязь» не нашел дна в Марианской впадине

А.Рахманов: Необитаемый подводный аппарат «Витязь» не нашел дна в Марианской впадине
Дата публикации
11 Сентября 2020
Источник
ОСК

Генеральный директор АО «ОСК» Алексей Рахманов дал эксклюзивное интервью в прямом эфире в студии объединенной редакции ИА Росинформбюро и Федерального агентства новостей в рамках МВТФ «Армия-2020». Он рассказал об экспорте гражданских судов и готовности построить суда-трубоукладчики для завершения строительства «Северного потока-2» в случае, если государство разместит такой заказ. Публикуем расшифровку беседы.

- Расскажите, что у Вас нового на форуме в этом году?

- Наш демонстрационный центр открыт для возможности посещения как иностранными делегациями, так и российскими заказчиками, либо заинтересованными лицами не только в рамках форуме «Армия», он работает круглый год. Кроме всего прочего, мы превратили нашу часть в парке «Патриот» в элемент профессиональной ориентации наших воспитанников. Мы возим сюда школьников, детей работников наших предприятий, чтобы они могли понять не только, что происходит на заводе, а во всей корпорации в широком смысле этого слова. Параллельно ко всему, мы традиционно показываем ряд ключевых достижений. И, наверное, главный хит этого сезона – это необитаемый подводный аппарат «Витязь», который в ночь с 8-го на 9-е мая погрузился в Марианскую впадину.

- Успешно?

- Да, успешно, мы выполнили нашу миссию. Еще раз повторюсь, это безэкипажный, телеуправляемый, полностью автоматический аппарат, который смог погрузиться на глубину 10 282 м., не найдя, к сожалению, конкретного дна Марианской впадины, что говорит о том, что дальнейшие исследования нужно продолжать. При этом он установил флаг к 75-летию Победы, который, я надеюсь, останется там навсегда.

- Мечта капитана Немо. Это самое интересное на экспозиции?

- С точки зрения гражданской техники, да, наверное, самое интересное. Еще одна инновация - в нашем демо-центре парка «Патриот» мы представляем экспозицию наших новых гражданских судов, которые рассчитаны на очень широкую аудиторию ключевых регионов страны, в первую очередь, региональных центров, где проблемы передвижения из точки А в точку Б по воде решается гораздо более эффективно, чем наземным транспортом. В особом отделе парка «Патриот», в центре ОПК, мы показываем наши новейшие разработки, но, по очевидным причинам, доступ туда ограничен, там работают только специалисты.

- И, видимо, ваши партнеры? В подготовку к форуму свои изменения внес коронавирус. Как-то изменилось количество именно ваших традиционных или потенциальных партнеров на форуме? Как-то пострадали возможные соглашения, контракты?

- В принципе, в нашей программе мы действуем приблизительно в параметрах выставок прошлых лет. У нас, безусловно, есть ряд подписаний и с банками, и с нашими заказчиками. Нет чего-то сверхбольшого по размерам финансирования из-за того, что такого рода контракты не планировали подписывать здесь на форуме. Но в целом мы, конечно, страдаем от того, что въезд в Российскую Федерацию и выезд из России на сегодняшний день ограничены, и приезжают сюда около 70% тех делегаций, которые мы ждали. Но, тем не менее, все наши ключевые заказчики, все ключевые партнеры, включая рынок военно-технического сотрудничества, присутствуют здесь. Работа по продаже военной техники не стоит ни один день: где-то мы завершаем проекты, где-то мы готовимся к новым.

В общем и целом это дает общую палитру взаимоотношений с нашими ключевыми контрагентами.

- Алексей Львович, мы все эти дни работы форума говорим о диверсификации. Я знаю, что вы также принимали участие в круглых столах. Что касается ОСК, у Вас меняются пропорции между военными и гражданскими заказами? Как это повлияет на прибыльность корпорации? Я так понимаю, что сейчас более 80% занимают военные заказы?

- Мы действуем в рамках поручения президента, наша главная задача – паритет в объеме выручки между военными и гражданскими заказами к 2030 году. То есть, исходя из очень приблизительных параметров нашей будущей выручки и некоторого понимания курса иностранных валют, мы ставим для себя задачу, чтобы в объемах гражданской продукции выручка составляла не менее 250 млрд рублей по году в 2030 году. Мы постепенно будем двигаться от нынешних 17% к 24-26% и далее уже к 50%-ой планке.

Сразу скажу, что задача непростая. Нам еще много чего нужно в этом направлении сделать. Конечно, нам одним, судостроителям, без поддержки наших контрагентов, наших поставщиков не обойтись. Это, наверное, главная проблема, которую сейчас решают наши конструкторы и руководители наших верфей. Мы видим огромный спрос и внутренний, и внешний. Но в гражданском судостроении это не только конкуренция между операционной эффективностью верфей, это, в том числе, и конкуренция за меры господдержки.

- Наши разговоры все время возвращаются к теме Арктики, шельфу. Я знаю, что Объединенная судостроительная корпорация строит разные типы судов для работы в море на шельфе. Расскажите, что сейчас в планах? Что интересного можно озвучить?

- Мы закончили испытания головного ледокола ЛК-60, который мы передаем «Атомфлоту» в ближайшие недели. Нам предстоит провести ледовые испытания, которые традиционно проводятся в зимний период максимального формирования льда в Арктике, поэтому нужно немного подождать. Это происходит, как правило, в феврале-марте каждого года. В дополнение к этому, можно сказать, что в этом году успешно начала работать плавучая атомная электростанция в Певеке. Мы строим достаточно большое количество портовых ледоколов для наших заказчиков. Мы видим огромный спрос со стороны стран, в том числе, Латинской Америки, в строительстве ледоколов. В данном случае, уже для Южного полюса.

- То есть они планируются на экспорт?

- В том числе, да, мы рассчитываем на то, что наша экспортная программа будет прирастать производством ледоколов для заказчиков в разных странах мира. Кто мог представить, что Австралия будет заинтересована в ледоколах?

- Да, неожиданно.

- Но абсолютно очевидно, Северный и Южный полюса планеты подсказывают, что потребность в такого рода судах есть. Кроме того, из наших достижений текущего года – это передача заказчику первого круизного судна. 22 августа он ушел в первый коммерческий рейс, и мы с нетерпением ждем реакции со стороны тех, кто был достаточно смел, чтобы заказать этот тур на корабль, только-только переданный заказчику. И ждем реакцию, насколько это понравилось, что нужно исправить. Для нас, конечно, потребительская обратная связь является ключевым инструментом подстраивания под детальные и реальные нужды рынков. Чтобы не просто так абстрактно строить рыболовецкие или пассажирские суда, а как раз строить то, что нужно нашим заказчикам.

- Какая здесь может быть обратная связь? От пассажиров?

- Удобные каюты очень точно попали в цель, потому что средняя каюта на «Мустай Кариме» приблизительно в два раза больше, чем средняя каюта на судах предыдущих поколений, которые производились в Германии и Чехословакии. На каждом из наших судов есть средства для безбарьерной среды для инвалидов и многие другие инновации, включая современное ресторанное обслуживание в стиле шведский стол. На самом деле, это для нас только первый шаг, мы учимся и понимаем, что хорошо сделали и что плохо. И наше проектное бюро нацелено на развитие направления пассажирского транспорта, пассажирского речного «река-море», а может быть, в ближайшем будущем и морского транспорта.

- Раз уж Вы начали говорить о том, что в этом году сделано и буквально ушло в море, что будет сдано до конца года? Можно ли уже об этом говорить?

- Крупнейший в мире дизель-электрический ледокол «Виктор Черномырдин» должен быть передан до конца года, как я уже говорил, ЛК-60. Мы завершаем строительство еще одного круизного судна в Астрахани. Оно будет передано заказчику в середине будущего года. И, конечно, исполнение гособоронзаказа – это наша главная задача на сегодняшний день. Нам предстоит сдать 14 кораблей, включая четыре, которые уже переданы заказчикам. Четыре плюс один из ремонта. Задачи перед нами стоят как всегда серьезные, как всегда ответственные, поэтому мы со своей стороны прикладываем все усилия для того, чтобы исполнить программы передачи готовых изделий заказчику в полном объеме.

- Уточните, что у нас по строящимся подлодкам? Что готовится к сдаче? И как Вы видите сейчас развитие подводного флота, это также одна из задач?

- Это один из ключевых акцентов нашей работы, как по лодкам стратегического назначения, так и по лодкам целевым. А также дизель-электрическим лодкам, которые мы строим для Тихоокеанского флота. В целом, работа идет в графике, хотя не без проблем. Применяется достаточно много инноваций, и эти инновации требуют дополнительного времени для адаптации уже серийных заказов. Для нас это еще один напряженный шаг, особенно, с учетом того, с чего мы начали наш разговор – это коронавирус. Он никак фундаментально на сроки передачи не повлияет, но в некоторых случаях у нас бригады целиком отправлялись на длительный карантин, поэтому сказать, что карантинные ограничения прошли для нас совсем безболезненно, мы не можем. Но, еще раз повторюсь, наш стотысячный коллектив на сегодняшний день научился подменять, помогать, взаимозаменять специалистов наиболее ключевых специальностей, чтобы сам бизнес-процесс не стоял. Для иллюстрации могу сказать, что на сегодняшний день мы практически подошли к среднегодовому уровню абсентеизма, т.е. это отсутствие на рабочем месте специалистов в связи с отпусками, больничными или по другим уважительным причинам. При традиционных 26% мы сейчас имеем уровень 27-28%, т.е. мы ушли от 31-32% во время пика пандемии. На сегодняшний день возвращаемся, если можно так сказать, к нормальной работе. Хотя, конечно, все трудовые условия для работников конструкторских бюро, так и промышленных предприятий, остаются достаточно жесткими, включая все эпидемиологические режимы, которые требуются для предотвращения распространения инфекции.

- Алексей Львович, Вы не раз говорили о том, чтобы достроить «Северный поток – 2» не хватает подходящих судов-трубоукладчиков.

- Нет, мы об этом не говорили. Мы говорили о том, что, к сожалению, появились ограничения на использование судов. И мы говорили о том, что готовы их построить, если будет размещен такой заказ. Мы в этой связи не являемся держателями или операторами судов, поэтому здесь мы можем предложить только свои судостроительные услуги. Но, насколько я понимаю, альтернатива судну, которое строило «Северный поток», на сегодняшний день существует. Это судно можно взять в аренду, но дальше начинают включаться политические обстоятельства, которые я, в силу очевидных причин, не хотел бы комментировать. Поэтому еще раз повторю, что мы только как судостроители готовы взяться за проектирование строительства такого заказа, если такой заказ будет размещен. А во всем остальном это уже вопрос доверия и вопрос организации финансирования столь сложных и технологически насыщенных кораблей и судов.