СТАТЬИ Илья Машура, СЗ "Пелла": Главная задача нашего судна – спасение экипажа аварийной подлодки


На прошедшем форуме "Армия-2018" судостроительный завод "Пелла" представил проект спасательного судна 02981Э. Как создавался новый проект, в интервью Sudostroenie.info рассказал главный конструктор СЗ "Пелла" Илья Машура.

– Илья Игоревич, когда и почему "Пелла" решила заняться спасательным судном?

– Достаточно давно. Зная потребности флота, общаясь с различными службами ВМФ, в том числе со службой спасения, начали сами в инициативном порядке разрабатывать такой проект.

Особенность нового судна заключается в том, что оно специально проектируется под медицинское обеспечение решения своей главной задачи – спасение экипажа. Вокруг этого строится вся компоновка и основная технология работы оборудования. Дальше к этому были привязаны архитектура судна, его габариты, скорость, мощность энергоустановки, автономность судна.

Для этого мы специально встречались со специалистами отраслевых институтов и Военно-медицинской академии. Они рассказали нам, что нужно для того, чтобы правильно разместить оборудование, барокамеры, контейнеры, медицинскую технику, какие должны быть специалисты, в каком количестве и так далее. Все требования специалистов и их рекомендации стараемся учесть в проекте.

– Вы шли со стороны заказчика?

– Со стороны медицины. Пытались детально понять, что медицина должна успеть сделать с пострадавшими, чтобы быстро оказать им необходимую помощь для восстановления, перевести в госпитальные отсеки, а также быстро доставить на берег для проведения (при необходимости) сложных операций.

– В чём это выразилось в плане компоновки?

– Прежде всего – это специальный грузовой кормовой портал большой грузоподъёмности, который позволяет поднимать спасательные аппараты. Спасательный аппарат на судне пока только один. Это – "Бестер" разработки ЦКБ "Лазурит". Есть серийные изделия "Бестер-1", "Бестер-2", сейчас разрабатывается более современный "Бестер-3". Специально под него мы разрабатываем конструкцию портала. Она довольно "хитрая", чтобы можно было гарантированно выполнить спасательную операцию в сложных погодных условиях.

– Как именно проводится операция по спасению?

– Спасательное судно приходит в предполагаемый район аварии, ищет подводную лодку (ПЛ) с помощью специальных буксируемых поисковых средств, которые обнаруживают лодку на дне.

После нахождения места, где затонула подводная лодка, запускается следующий аппарат, который детально осматривает место аварии, ставит освещение вокруг подводной лодки, если это необходимо.

Далее, после оценки состояния ПЛ, возможности подойти к ней, опуститься и пристыковаться к спасательному люку, запускается спасательный аппарат "Бестер". Он погружается, пристыковывается к ПЛ и туда переходит часть экипажа.

– Свой экипаж у спасательного аппарата есть?

– Там всего два человека. Внутри аппарата капсулы разделены. Экипаж находится в одном отсеке, спасённые – в другом. Это сделано специально, потому что экипаж находится под атмосферным давлением, а спасённые – под повышенным.

– Что происходит после подъёма экипажа подводной лодки?

– После поднятия со спасенными людьми аппарат "Бестер" устанавливается на переходной отсек – для перехода экипажа ПЛ из аппарата в ниже расположенную медицинскую часть. В подпалубном отсеке находятся четыре барокамеры – для размещения медицинского отсека и врачебно-санитарного персонала. Если у части экипажа ПЛ есть ранения, отравления или радиационное облучение, то в подпалубном отсеке их ждут соответствующие врачи, которые могут оказать немедленную помощь. Это позволяет не ждать окончания декомпрессионного периода.

Пройдя процедуру декомпрессии, экипаж ПЛ попадает в госпитальный блок, где находятся операционные, в которых медицинский персонал может проводить более серьёзные процедуры. Часть экипажа ПЛ, которая находится в нормальном состоянии, расселяется в жилом отсеке.

Аппарат "Бестер" всё время опускается и поднимается, чтобы поднять максимально возможное количество людей с ПЛ.

– Есть какое-то ограничение по количеству ходок аппарата?

– Одной зарядки аккумуляторов хватает на три цикла опускания-подымания аппарата.

– В чём отличия Вашего проекта от судна-спасателя "Игорь Белоусов"?

– Наш проект не является конкурентом проекту 21300, который более универсален, многофункционален и решает комплекс сложных задач, связанных с подводными техническими работами.

У нашего проекта главная цель – спасение экипажа ПЛ. При этом какие-то дополнительные задачи могут решаться с помощью мобильных контейнеров. Предусмотрены специальные места на палубе и краны, которые могут устанавливать на палубу контейнеры под какие-то специальные задачи. Скажем, для водолазных или глубоководных работ.

Используя имеющееся на судне оборудование, можно успешно решать вспомогательные задачи, близкие к основной. Например, с помощью портала грузоподъёмностью около 100 тонн можно поднять со дна какой-то тяжёлый предмет.

Для нашего проекта важно быстро прийти, быстро обнаружить, без промедления выполнить все необходимые действия по спасению экипажа ПЛ, провести первоочередные медицинские процедуры и направиться в порт для оказания дальнейшей врачебной помощи, если это необходимо.

– По Вашей оценке, сколько таких судов необходимо флоту?

– Мы полагаем, что таких судов должно быть как минимум четыре. По одному на каждый флот.

– Но подводные лодки сконцентрированы в основном на Тихоокенском и Северном флотах…

– Конечно, но на Тихоокеанском флоте два спасательных судна уже есть ("Алагез" и "Игорь Белоусов"). Северный флот пока их не имеет, и, скорее всего, для него будет строиться многофункциональное судно типа "Игорь Белоусов". А предлагаемый нами проект спасателя – это оперативное судно.

– В основе проекта 02981Э были какие-то прототипы?

– "Пелла" старается ориентироваться на конкретные международные проекты, которые уже показали свою конкурентоспособность. Этот проект придуман не на пустом месте. За основу взят внешний вид действующего судна для исследования подводных глубин. Компоновка там достаточно близкая, но основная задача другая – глубоководные исследования. Мы доработали компоновку аналога, добавили медицинскую часть, добавили мощный кормовой портал.

– Сколько времени займёт создание такого судна?

– По нашему опыту, с нуля проектная документация разрабатывается около года. Но строительство можно начинать и раньше. Обычно порядка шести месяцев решается основная компоновка и готовится расчётная часть. После этого уже понятна вся архитектура судна, и можно запускать рабочий проект (разработку рабочей документации). Обычно через 9 месяцев от начала проектирования мы уже можем начинать строительство. На постройку такого судна от момента его закладки уходит в среднем около двух лет.

Головное судно строится дольше. Серия, естественно, быстрее, потому что документация уже готова и отработана в ходе испытаний.

Через 3 года мы можем передать заказчику первое судно.

– Ваш проект включён в какие-либо бюджеты, проекты, программы?

– ОАО "Пелла" направила свои предложения по проекту судна-спасателя для рассмотрения в установленном порядке.

– Получается, у Вашего проекта очень ограниченный круг заказчиков. И Вы зависите, фактически, от одного – от Минобороны.

– Мы предлагаем строить на своих мощностях много новых проектов судов технического и научно-исследовательского флота, которые потом могут оказаться востребованы или нет.

Это, естественно, наш риск. Мы тратим деньги, время, нанимаем соисполнителей-разработчиков. Частная верфь не может ждать, что кто-то сделает эту работу вместо нас. Верфь движется вперёд, развивается и предлагает разные варианты своей загрузки. Мы сделаем десять проектов – один-два будут реализованы – это уже хорошо.

– То есть Вы готовы работать на опережение?

– Конечно. В бизнесе это очень важно, потому что иначе просто не развиваешься, теряешь конкурентоспособность. Так мы запускали абсолютно все наши заказы. Например, с типорядом буксиров мы выбирали самые современные базовые проекты, дорабатывали их, строили и предлагали российскому заказчику и на экспорт уже готовое судно.

– Необычный подход для российского кораблестроения…

– Это подход любой частной судостроительной верфи. У государственных предприятий собственник – государство, оно отвечает за формирование плана и доходность предприятия. Частная верфь так жить не может. Она обязана постоянно делать что-то новое, нужное и государству и рынку.

– В проекте используется какое-то импортное оборудование?

– Барокомплекс будет отечественный. Медицина, естественно, тоже вся будет отечественная, она привязана к определенному кругу задач.

С энергетикой сложнее. Но мы встречались с представителями Коломенского завода. В принципе, мы готовы ставить их новую энергоустановку. Она неплохого качества.

Винторулевой комплекс изначально предполагался от зарубежного поставщика. Мы с ним работаем уже более 12 лет – на всех наших буксирах стоят импортные винторулевые колонки. Они показали на практике свою надёжность, удобство в монтаже и обслуживании. Причём, это ВРК ледового класса. Предлагаемое спасательное судно должно иметь ледовый класс Arc5 и сможет проходить лёд толщиной до 1 м.

– Отечественные варианты пропульсии рассматриваете?

– Пока что мы с надеждой смотрим на ЦС "Звездочка". Сейчас они выпустили единственную колонку, которая получила одобрение морского регистра. Это колонка на 1200 кВт, но она, к сожалению, не имеет высокого ледового класса. Пока что на рынке нет отечественных серийных колонок класса Arc5, которые можно купить. Если появятся, то мы готовы ставить отечественное.

– Какое ещё отечественное оборудование планируете использовать?

– Отечественное – металл, корпус, работа, люки, двери, окна и так далее. Навигация. Сейчас много довольно качественной отечественной навигации.

Также отечественные производители поставят внутренние системы: видеонаблюдение, автоматику, освещение. Это всё работает без проблем и имеет довольно высокое качество.

– Какие-то инновационные системы в проекте используются?

– Здесь стоит система динамического позиционирования. За счёт подруливающих устройств и винторулевых колонок судно сможет держать точку даже на волнении и течении.

– На какой стадии сейчас находится проект?

– На "Армии-2018" мы представляем концепт-проект. Проработан корпус. Есть общая компоновка. Сделан расчёт по параметрам: энергетика, водоизмещение, осадка.

Сейчас проект в том состоянии, когда мы готовы его быстро запускать. Ничего особо необычного с точки зрения судостроения в нём нет. Типичный мини-ледокол со спускаемыми аппаратами, у которого вместо трюма находится медицинское оборудование.